Все будет хорошо тогда, когда в бланках направления на УЗИ матки исчезнет строчка «пол», а вовсе не после какой-то там ментовской реформы.

Дедушке морозу я желаю сдохнуть в геенне огненной, а подарки свои пусть в жопу себе засунет плашмя. Детишки перебьются. Ибо в Сибирь он, гондон штопаный, наслал очень мороз.

По результатам которого я вот что решил: пущай мой компьютер, монитор, стол, стул, тумбочку, любимое мусорное ведро и пепельницу доставят мне домой. Я не буду выходить из дома до того момента, когда температура на улице не станет более вежливой, милой и манящей. План будет осуществлен через три часа. Заказчики пусть сосут хуй, ставят себе гуглток и наслаждаются моим голосом по нему. Это всё.

От Антона:

Когда люди говорят: «Ну и зачем тебе такой навороченный телефон? Для меня в телефоне важны две кнопки – вызов и сброс! Это же те-ле-фон!», мне становится противно. Это все равно, что сказать: «Зачем тебе какая-нибудь особенная женщина? Для меня в женщине важны три дырки – рот, пизда и жопа! Это же жен-щи-на!»

День, точнее вечер блядства состоялся и прошел мегауспешно. Саня был пьян, сыт, доволен и удовлетворен.

Но я хочу поведать вот о чем: чувак, у которого я вчера побывал, был вполне ничего себе — все при нем, и дом полная чаша, и джакузя в ванной, а вот на кухне у него тек кран. Я, как обычно тактично, спросил «А хули не починишь»? А он такой «Ну да, надо сантехника вызвать, все никак не собирусь».

Ссука, терпеть не могу криворуких и ленивых мужиков. Я в одиннадцать лет собственноручно поменял смеситель в ванной, и с тех пор мы ни разу не вызывали слесаря, сантехника или электрика. Установить и подключить стиральную машинку, починить кран, поменять шланг для сральника, поставить новую раковину, провести провод с заземлением в ванную, поставить розетку или выключатель, врезать новый замок, поменять плинтус, собрать шкаф, че-то покрасить, etc — я все это сам делаю уже двенадцать лет и ни капельки не страдаю. Мне наоборот нравится знать, что вот тут у меня все хорошо — потому что я сам сделал и вот, второй год стоит. А вот тут не течет потому что я поставил керамику, и пиздец.

Мне безусловно хватило бы денег, чтобы вызывать для всего этого спецслужбу, но мне самому нравится. Кроме того, все это — такииие мелочи, что сделать их самому проще и быстрее, чем планировать и звать мастера, а потом переделывать за ним.

Бабы — да, не должны этой хуйней заниматься. А мужики — должны, иначе последние половые признаки отвалятся. И вот когда такой зажравшийся уебан смотрит на второй месяц текущий кран и «все никак не может вызвать сантехника» мне хочется оторвать от крана гусак и засунуть ему в жопу. Чтоб тоже потекло. А потом пущай зовет проктолога: сам ведь, наверное, никогда не вытащит.

При этом есть вещи, к которым я никогда не прикоснусь — потому что нехуй строить из себя мастера на все руки, и если не умеешь — то пусть делает тот, кто умеет. Но вот это, перечисленное выше, мужик должен уметь делать. Любой. В независимости от ориентации, возраста и уровня заработка. Однако это я так, бурчу. Вечер блядства, повторюсь, состоялся и прошел мегауспешно, и текущий где-то там на куфне кран совершенно его не попортил.

Кондуктор, официант, уборщик, etc — должны быть как хорошая операционная система. То есть — безглючно, тихо работать, не привлекать к себе ни-ка-ко-го внимания до тех пор, пока его не потребуют, быть по-возможности шустрыми и не перегружать систему собою — ибо система, как известно, для прикладных программи. Нужд. Людей. Автобус — для пассажиров, а не для толстожопой поршнеобразной медузы. Кафе — не для любования официантом, а для того, чтоб человек пришел и откушал там. И операционная система не для того, чтобы показывать оповещения системы безопасности, а для того, чтобы в ней можно было почту посмотреть, письмо написать и картинку нарисовать.

Я никогда не забуду единственное место в Красноярске, официанты в котором меня восхищали: это коктейль-бар «Красноярочка», который был при самой дорогой и пафосной гостинице «Красноярск». Фишка была в том, что кухня для ресторана и бара была одна, ценник в баре на порядок ниже, а вот персонал подчинялся одному и тому же директору, которым много лет подряд работала баба*, бывшая практически женщиной-легендой. Стопиисят килограмм, стальная хватка и взгляд в Европу в смысле манер и традиций. Насколько я знаю, ни в одной гостинице города по утрам весь персонал не выстраивался в шеренгу, а в этой — выстраивался. И эта тетка проходила и щелчками выкидывала из смены тех, кто не соответствовал ее собственному стандарту, оставляя только самых-самых.

В итоге, за десяток лет работы там остались только такие официантки, которые знали свое дело. Пока там было так — я заходил туда почти каждый день: кофе попить, поесть. Я ни разу не смог уловить момент, когда меняли пепельницу. Я ни разу не заметил, как из-за моей спины вырастает рука и ставит на стол бокал. Никогда не случалось так, чтобы на столе закончились салфетки, и в эту же секунду там не выросли новые. Официанток эта тетка оставляла не сопливых: лет по тридцать, и это — идеально. Они были как тени, которых не видно и не слышно, пока ты вопросительно не поднял глаза. Тогда они мгновенно материализовывались рядом с тобой. И неважно, полон был зал или нет — выучка была такая, что на скорость и качество обслуживания это не влияло.

Только там можно было не глядя вверх пробурчать под нос «жюльен, лука поменьше, через двадцать минут греческий, тока вместо вилки — ложка, оливок побольше, масло не лить, спрыснуть лимоном». Можно было не бояться, что тебя не расслышали; можно было не сомневаться, что в жюльене будет мало лука, и что греческий принесут ровно через двадцать минут, а не сразу и не через полчаса, и что вилки не будет, а будет ложка. Только там официантки не записывали заказ. Это — дисциплина.

Сегодня же средняя официантка — это «роза», которая пришла не еду тебе наливать, а замуж за тебя выходить. Она сделает так, чтобы любое ее действие было замечено и оценено. «Смотри, я щас поменяю тебе пепельницу и улыбнусь: смотри, какая я красивая!». А если ты не обратил внимание — тебе скажут «Пожалуйста», ставя на стол пепельницу. Какое пожалуйста?! Сгинь, я подумать хочу! Но нет, эта дура делает попытку номер два и приносит тебе пепельницу через три минуты. Задерживаясь еще дольше, двигаясь еще медленнее, улыбаясь еще шире. Она перепутает к собачьим хуям все, что ты заказал, принесет горячее перед холодным, забудет про то, что хлеб ты не просил, зато ложка к супу вполне подошла бы, что лазанью просил соседний стол; но при этом будет продолжать улыбаться и показывать прелести себя любимой.

Кондуктор, официант, уборщик, etc — должны быть как хорошая операционная система. Каждая деталь должна знать свою функцию. Тогда все будет хорошо. Быть обслуживающим персоналом — не стыдно, а круто, но у нас этого пока не понимают.

*Давно-давно, лет десять назад она не взяла меня работать. Прекрасно помню этот момент: мы очень хорошо отсобеседовались, поговорили, она попросила паспорт — переписать данные в договор об испытательном сроке, взяла его в руки и сказала «Как жаль. Но человек, собственный паспорт которого в таком состоянии у меня работать не будет никогда. Всего доброго». Паспорт, к слову, был в отличном состоянии. Знаете, что ей не понравилось? Он был без защитной обложки. Я тогда подумал «какая дура», и только через много лет понял, что иначе — никак.

Запись полностью →

Поскольку я еще на работе, жду реакции от московского «Альфа-банка» (ненавижу вас, что Москву, что банк, так и знайте) и делать мне еще минут двадцать хоть и есть чего, но совершенно не хочется, я хочу поговорить об узнавании на улице и о рекламе.

Сначала о рекламе. За последние полгода я получил десятка два примерно предложений разной степени уёбности за бабло писать тут у себя рекламные статьи. Всякий раз я вежливо отвечал посыланем в жопу с комментарием «Вы на темы-то блять посмотрите, о которых я говорю! Какие нахуй компьютеры / еда в офисах / интересные вакансии / ночной клуб / мобильные телефоны!». Фирмы преимущественно красноярские. Цену я называть, конечно, не буду; скажу так: за десяток постов в месяц вполне можно кормиться. Я не спрашиваю «Как вы думаете, соглашаться? А то же блять деньги лишними не бывают», это я сам как-нибудь.

Мне интересно, вам предложения подобные делают? Часто? Чо отвечаете?

И вот про узнавание еще интересно. Меня можно запросто найти в интернете и рассмотреть со всех сторон. Несмотря на то, что кроме ЖЖ, «Пикасы», «Гугл ридера» и «Мамбы» меня больше решительно нигде нет, на перечисленных ресурсах фотокарт вполне хватает для макрообзора. Этот факт совершенно меня не трогает, я, как бы, ни от кого не прячусь. И периодически на улице ко мне подходят и спрашивают «А ты не…?», только вот года два назад подходили исключительно пидарасы, которые видели меня на сайте знакомств, а последний год все чаще подходят просто люди и говорят «О! Ты Санёк, да?». Я у некоторых уточняю, откуда им известна моя скромная персона, некоторым говорю что я Вова и таких бровей и цвета кожи — мильярд, ну в общем от случая к случаю. Но эти люди уже не с сайта знакомств, а отсюда, из ЖЖ.

Любопытная деталь — этот диалог обычно ничем не заканчивается. Ну то есть спрашивают, я ли это; я говорю что я; человек удовлетворенно кивает головой и идет дальше. Мне вот любопытно, а зачем? Ну я, и что? Опять же, за последние полгода из тоже примерно десятка случаев только один бухой чувак пожал руку и сказал «Респект, я тебя давно читаю». Я спросил, кто он в ЖЖ, но он оказался безжурнальный но симпатишный. А все остальные — вот, просто так.

Не так давно видел на улице одноногого парня, на костылях. Он упал: очень скользко. Когда падает в определенном смысле неполноценный человек — у меня внутри падает все, примерно так же, как когда собаку на дороге сбивают. Я к нему кинулся помочь подняться, но он посмотрел на меня бешеным взглядом и сквозь зубы прошипел «Я сам».

А еще как-то раз мой хороший друг рассказывал, что так же пытался помочь вообще безногому, знаете, такому, которые на маленькой тележке перемещаются. У него перевернулась тележка, он пытался на нее взобраться. Так тот ему спокойно, но очень жестко сказал «Зачем ты меня унижаешь? Я сам поднимусь».

Казалось бы: здоровые люди; что мужики, что тетки; всех возрастов; да и я сам, подай им руку — скажут «спасибо». А вот нет.

Не смогу и не буду пытаться понять это — я пока хожу своими ногами и могу есть обеими руками. Но пища для ума тут бесспорно есть.

Не так давно видел на улице одноногого парня, на костылях. Очень скользко, он упал. Когда падает в определенном смысле неполноценный человек — у меня внутри падает все, примерно так же, как когда собаку на дороге сбивают. Я к нему кинулся помочь подняться, но он посмотрел на меня бешеным взглядом и сквозь зубы прошипел «я сам».

А еще как-то раз мой хороший друг рассказывал, что так же пытался помочь вообще безногому, знаете, такому, которые на маленькой тележке перемещаются. У него перевернулась тележка, он пытался на нее взобраться. Так тот ему спокойно, но очень жестко сказал «Зачем ты меня унижаешь? Я сам поднимусь».

Казалось бы: здоровые люди — что мужики, что тетки — всех возрастов, подай им руку — скажут «спасибо». А тут вот нет. Не смогу и не буду пытаться понять это — я пока хожу своими ногами и могу есть обеими руками. Но пища для ума тут бесспорно есть.

Настало утро, я, с сочувствием посмотрев красным глазом в зеркало на себя же и с завистью на второй здоровый глаз, пошел на работу.

По дороге к остановке зашел привычно купить сигарет в павильон во дворе. Отступление: я курю крепкую толстую вирджинию, а она не то чтобы дефицит, но в половине магазинов и павильонов ее почему-то нет. В павильон во дворе ее возят реально для меня, потому что больше никто не берет, а я однажды попиздел с хозяином. И дают мне ее там не спрашивая «Что надо?». По дороге к остановке — четыре павильона, в которых ее нет ни-ког-да. Около работы павильона нет, ближайший — в полукилометре.

И вот примерно раз в пару месяцев случается так, что моих сигарет в павильоне возле дома нету. По опыту прошлых разов знаю, что это всегда выглядит одинаково: прихожу туда → сигарет не оказывается → злюсь и недоумеваю, но «на всякий случай» захожу во второй павильон по дороге → в нем, конечно, тоже нету → злюсь сильнее → «на всякий» захожу в третий → нету → бешусь как пизда, блять → в четвертый → нету → готов убить всех нахуй → иду на остановку непокуренный, от злости горю изнутри → звоню коллеге и прошу купить сигарет, чтоб когда я приехал на работу — они были → коллега покупает. Типа того.

Но день, который так начинается, всегда продолжается настолько хуево, насколько это возможно. Знаю по неоднократному опыту. И вот сегодня я с горящим красным пламенем глазом, невыспавшийся, с остатками похмелья, начал день с квеста «найти сигарет». В итоге я опоздал на работу самую малость (пришел к обеду), в кармане у меня ебучий ненавистный парламент, а в голове — коварный план по лишению человечества жизни. Чтоб блять все сдохли!

Я вам не рассказвал, как сам себе переебал в глаз? Нет? Короче, давненько уже, я спал, и во сне как-то так круто отлежал руку, что она затекла совсем, то есть вообще местный наркоз, и я проснулся оттого, что у меня нет руки. Пощупал в радиусе метра — нашел под головой какую-то чужую мясу, то есть руку. Я испугалсо что «гангрена-гангрена, ему отрежут нооооги», осторожно взял мертвую, но от этого не менее прекрасную руку за запястье, и с изумлением поднял ее прямо перед собой, над лицом. Рассмотрел, покрутил, и подумал «и хуй с тобой, отойдешь, а я пока покурю». Подумал я вот это, да и отпустил ее.

Скока весит рука? Килограмм пять, не меньше. Вот эти пять килограмм по четкой прямой линии и ебнулись мне в глаз. Я даже хотел дать сдачи, потому что не столько больно, сколько обидно: сам себя же!; но рука стала приходить в чувства, и я, оскорбленный, отложил ее в сторонку и лег спать.

Это блять присказка была, а вот вам сказка. Вчера я решил посмортреть наконец «Телефонную будку», а это обычно делается так: я ложусь на спину, ставлю рядом с собою пепельницу, сигареты, зожегалку, кофу, беру макбук, ставлю его на пузо и смотрю. Лучше домашнего кинотеятра. Но заряда хватает обычно как раз на кино, поэтому я втыкаю в него заранее провод питания от предусмотрительно купленного второго блока (он всегда воткнут в розетку над кроватью — чтоб туда-сюда не носить).

И вот лег я, поставил на пузо макбук, осторожным движением, чтобы не уронить его, лезу за голову — достать провод. Беру проводок, и он с высоты вытянутой руки падает штекером мне чотко блять в глаз. Прямо в открытый мой прекрасный каре-зеленый глаз. В середину, блять.

Поясню: у макбука на конце провода питания магнитик, то есть он не втыкается в ноут, а прилипает на магнит (чтобы если зацепишь провод ногой — он не тащил ноутбук на пол, а просто отщелкивался). И вот эта железная хуита блять падает мне в глаз блять.

Кино я смотрел, заливаясь одноглазыми слезами.