С утра сегодня посмотрел «ШиЗу» с Галиной Вишневской. Кроме того, что это отличный выпуск, хочу вот еще сказать что: она рассказала, как Ростропович ей на 30-летие брака подарил жемчужную брошку — лягушку с изумрудными глазами. Она, после того как приняла на грудь, поняла, что брошка эта для тридцатилетия как-то слишком… скромна и с размаху вернула ее Ростроповичу со словами «забирай свою лягушку».

После банкета, когда они пришли домой, к неразговаривающей с мужем Галине подошел Ростропович, и сказал «ну, раз лягушка тебе не по душе — держи-ка вот это». И дал ей спичечный коробок. Та охуела от гнева, но коробок все же открыла. В нем лежал тридцатикаратный бриллиант, на который Ростропович зарабатывал год.

Я к чему? Круто же, когда после стольких лет (тридцать, ахуеть! я на свете-то меньше живу) совместной жизни у одной половины все еще способна вскипать страсть, а у другой — остаются силы, мозги и изобретательность для того, чтобы делать такие сюрпризы. К слову, из всех моих бывших мужиков (ну, более-менее долгих) на подобное был способен только второй. Чаще всего ко мне липли неглупые, не уродливые, но обязательно инфантильные, слаааабые и ленииивые, которые в свою-то жизнь мало радости могут привнести, че там говорить о чужой.

Хаааааахахахахаха! У Рынски щас прочитал, как ее знакомая аптекарша рассказывала, что когда мужики в аптеке покупают «Виагру» или еще чего, чтоб стояло — всегда, всегда говорят что «это я не себе», «друг попросил лекарство — „Виагра“ называется».

Я два раза в жизни покупал эту штуку (точнее не ее, а аналог, который с алкоголем хорошо себя ведет) и оба раза как раз-таки не себе, а тогдашнему недолгому другу, который мне очень нравился, но у которого пися сама по себе была исключительно мочеотводом невзирая на любые манипуляции. Так вот, я тогда прикинул, что если скажу «у меня проблема: хочу выпить и чтоб не падал, что посоветуете?», продавалка должна удивиться.

Но я масштабов не предугадал. Меня нарекли «нормальным мужиком», дали исчерпывающий совет плюс женскую хитрость по последовательности приема бухла и таблетки, посоветовали не пренебрегать гандонами, пожелали «хорошо отдохнуть» и, подмигнув, пожали руку. Продавалкой была обыкновенная тетка лет сорока.

Не могу не вспомнить знакомство с администратором сауны Маргаритой, тоже теткой лет сорока, в которую я немедленно влюбился. Давно, несколько лет назад, я проходил мимо, сауна тогда только открылась. Было холодно, я решил забежать погреться. Ну люблю я сауну, правда.

Захожу, спрашиваю, какие есть номера, почем, где бассейн, где что. Тетка немногословно говорит «свободен только маленький номер, бассейна в нем нет, есть бочка». Я спрашиваю «а бочка большая?». Маргарита медленно взглядом сканирует меня с головы до ног, так же медленно поднимает голову, и, глядя в глаза, металлическим голосом отчеканивает: «тебе, блядь, хватит!».

1) Краска для волос с кожи и правда оттирается пеплом от сигареты. За пять сек, вообще, без следа. Я всегда думал, что это пиздеж. А вот с раковины, кафеля, пола, полотенец, стиральной машинки и шторы — не оттирается.

2) К чему вот такой сон: спишь ты, спишь (то есть во сне видишь себя спящего), и во сне вдруг пердишь. А потом смотришь, и понимаешь, что за эту вот долю секунды пердежа из тебя каким-то чудом вывалилась куча говна! Не фантастического размера, нет, а так, вполне реальный килограмм-полтора. И вот ты смотришь во сне на себя спящего, и диву даешься по двум пунктам: во-первых как ему это удалось так быстро? и во-вторых — хули он не просыпается, ведь и звук, и оромад!

Точнее не про них, конечно. Я вот чо вспомнил: мне когда рассказывают про кого-нибудь мужского пола, я обязательно спрашиваю «а он хоть симпатичный?», как минимум потому что все несимпатичные должны умереть, а симпатичные — остаться. Шучу.

Короче, когда такой вопрос задаешь мужику-натуралу про другого мужика — самый распространенный ответ: «Да я че, разбираюсь чтоли?!». И я вот что хочу сказать: пиздят. Все во всем разбираются, потому что у всех есть глаза, мозг, и как следствие — сравнительный аппарат. Это им просто внушили (дураки всякие), что если ты мужик — тебе должно быть насрать на внешность и на шмотки. Ха-ха-ха. Напрасны намерения дураков-то этих (всяких, то есть), любой мужик точно знает, что его собутыльник Вася — страшный, а Петькин сын — симпотный растет.

Кстати, забавно, что говоря о детях эти же мужики легко разбрасываются эпитетами «у Светки такой красивый сын растет, ваще!». Потому что если про детей — то вроде как можно, дети ж «нейтральные», а если про мужиков-ровесников — то вроде как ты «слишком много об этом думаешь».

И про шмотки то же самое: мне весело слушать, как большая часть моих знакомых мужиков-натуралов обязательно, после покупки чего-нибудь новенького (рассказав о том, где и почем купили), считают нужным добавить «да я не заморачиваюсь особо, ты ж знаешь». Ха-ха-ха второй раз. Это я, блять, не заморачиваюсь.

Короче. В том, чтобы однопольца назвать красивым — ниче такого нет. Вообще.

Прилетел вчера, выспался, подстригся, теперь могу говорить. Ответ на частозадаваемый вопрос: долетел нормально оба раза, правда в «Домодедово» примчался как раз в тот момент, когда посадка закончилась и автобус до самолета собирался отъезжать. Но успел.

На вопрос «Как тебе Москва?» меня научила отвечать Юля. «Москва такаааая разная, прям ваще!». Вот именно это я и имею сказать. Отдельно хочется отметить удивительный (и малоизвестный) факт — она, блять, большая все-таки. Я такие пешие километражи мотал только на беговой дорожке, когда в спортзал ходил. Зато вовсе не так суетно и многолюдно, как меня всю жизнь пугали. Метро — ахуенно, я его обожаю. Правда, это я еще по Питеру помнил.

Москвичи, как верно заметила сестра, очень нежны и состоят в большинстве своем из сахарной пудры. Это обнаруживалось на выходах из метро всякий раз, когда моросил мелкий дождик: я думал, что что-то опять взорвали или митинг идет, и соответственно стена из людей с озабоченными лицами, сквозь которую я не мог пробиться на улицу — это толпа, какговорится, зевак. А хуй! Это люди без зонтов вышли из метро и увидели, что с неба что-то, о боже, капает.

Сталинские высотки — духозахватывающе; мостовая настоящая только в одном месте; на нулевом километре таки постоял и монетку через плечо бросил (и ее тут же при мне подобрал один из пяти дежуривших рядом бомжей). Бульварное кольцо — хорошее, Петровка 38 — прекрасная, колесо обозрения на ВДНХ — и впрямь высокое (правда все равно нихуя не видно).

Выпивать в центре Москвы и в других местах, где этого делать нельзя, очень удобно, переливая в стакан из под «Старбакса».

Кстати, я окончательно уверился, что скоро все отупеют и сдохнут от усушки. Я вот за неделю ни разу (то есть вообще) не спросил ни у кого на улице, как пройти куда-то. Хотя вообще-то — это мой любимый способ узнавания чего угодно. Исключение — внутренности «Домодедово» с их ебучими секторами. Они там сами не знают, где какой. А учитывая, что я зашел в аэропорт за четыре минуты до конца посадки и должен был еще просканироваться и все такое — я орал за десять метров каждому менту «Где сектор цэ?!» и бежал туда, куда рукой показали.

Во всех остальных местах я доставал телефон и смотрел карту. И ходил при помощи навигатора. И все это очень круто, в смысле удобно, только вот мне кажется, что атрофируется эта, как ее… смэкалка. С метро то же самое. Оно хоть в Москве и понятнее, чем в Питере, и в общем, как верно напутствовала меня сестра — «не потеряешься, если все читать» (в смысле таблички и указатели), я в итоге пользовался программулиной «Метрополитен».

Не так давно на selvagedenim.ru (блог про джинсы, который прямо щас почему-то говорит что он «forbidden») началась серия заметок разных чуваков про их любимые джинсы. Меня тоже попросили написать заметку. Я послушно написал.

Когда у меня появились самостоятельно заработанные первые деньги, я решил купить хороших шмоток. Это был далекий 1999 год, хороших шмоток купить можно было с трудом. Я поперся в открывшийся недавно магазин «Мексс» и купил куртку, водолазку и штаны. Их с трудом можно причислить к джинсам, скорее это были просто штаны, скроенные как джинсы. Стоило это барахло по моим меркам несусветных денег. Не в силах держать на себе старье, я попросил срезать бирки, переоделся в магазине и триста метров прошел красивый и довольный. Триста — потому что через это расстояние мне попался на глаза бар, и я решил интеллигентно сам с собой обмыть покупку.

При обмывании покупки на правую штанину перевернулось блюдо с жирной рыбой, крупные капли масла щедро брызнули на куртку и водолазку и всему гардеробу оптом пришла пизда. Я пытался дома это отстирать, но без толку — пятна все равно отчетливо были видны. Тогда я подумал «больше никаких дорогих шмоток», однако эти штаны решил доносить. И носил их почти три года, за которые, конечно, штаны стали любимыми. Когда в очередной раз я решил прострочить «там вот, на яйцах» и понял, что уже никак — чуть не заплакал. Это были мои первые любимые штаны.

Любимость следующих, точнее фактор для определения оной, выяснился сам и очень просто. Дело в том, что после вот этих серых «Мексов» покупка каждых следующих джинсов сопровождалось проливанием на них чего-нибудь неотмывающегося — так продолжалось штанов пять. Я почти в заговор поверил! Но тут черт меня дернул зайти в «Бенеттон» — и я увидел свою вторую настоящую любовь. Мне понравилось все: цвет, крой, как сели. Но главное (я с ужасом ждал этого момента) прошла неделя, две, три — и я их не засрал. Это было поистине удивительно! В этих, скоропостижно ставших любимыми штанах я проходил два года, пока они тоже не протерлись до неприличия. И, как с предыдущими, за оба года таких же в «Бенетоне» больше не появилось, однако осталась какая-то полусуеверная любовь к производителю. Поэтому в качестве следующих джинсов я купил просто базовую модель. Она есть в продаже всегда, не зависит от коллекций и сезона и стоит дешевле остальных. Вот она, первая «взрослая» любовь:

Я носил эту базовую модель лет шесть, до мая этого года. И ни на одни из них сразу после покупки не падала рыба, не проливалась краска, не попадал суперклей.

Месяц назад я решил перелезть в «Левайсы» — очень уж мне по душе модель 501. Купил пучок, то есть сразу трое одинаковых (дольше носятся). На следующий день сел в первых на суперклей; на вторые через неделю уронил — трам-парам-парам — рыбу в масле. А третьи…

Вчера, пока гулял с другом по ночному городу, присел на лавочку. Я предварительно провел по ней рукой: типа, вдруг она в говне, или в птичках. Рука была чистой, точно помню! А сегодня, проснувшись, я обнаружил, что вся жопа и штанина у них в разноцветной краске:

Проклятие? Заговор? Интрига-расследование-тайна? Чай с полонием? Что думать и какие джинсы любить теперь — ума не приложу.

Короче, чуваки. Вот на этой картинке — «сторож» для молока.

Рассказываю: в далекое советское время молоко продавали на разлив и его нужно было кипятить, чтобы не дристануть и не сдохнуть. Хорошие хозяйки ловили момент, когда оно закипает сами и вовремя снимали кастрюлю с плиты. Хуевые хозяйки покупали вот эту ёбань (ну примерно как пол мыть: у кого руки есть — ими, у кого рук нет — шваброй), клали ее на дно кастрюли вот так же, как она лежит на фотке, и, когда молоко начинало закипать — пузырьки воздуха с дна подбрасывали эту хуйню, она гремела и «звала» хозяйку. Примерно как чайники со свистками были, помните?

Вот эта штука с фотки — это «крутой» сторож, потому что он эмалированный и красивый. Как правило они были просто железяками.

Кстати, правильно ответили (что логично) в основном люди старше тридцатника. Еще сказали всякое веселое, и забавно, что ассоциация с молоком прям очень прослеживается. Ну вот, скажем:

• ну вот эта выемка она явно штоб из нее чето лилось или палец туда засовывать штоп открывалось.
• такшто это крышкьа от чего-то
• это пепельница для сигар? подсвечник? блядь что это????????????
• 1 крыжка на банку. 2 на плитке на ней можно кружку с молоком подогреть.
• или раз 8 см, то эту фигню одевать на металлическую кружку,в кружку воду и на огонь. тогда поверх можно подогреть например бутерброд, а вот эта фигня сбоку штоб при кипячении крышку паром не сбрасывало, а он выходил спокойно.
• это закрывашка на стиральной машине, ну, скажем, дырки для шланга, например.
• это хуйня, она закрывает другую хуйню, связанную с електричеством, почему-то мне так кажется. И почему-то мне кажется эту штуку я встречала в советском детстве.
• какой-нить бензобак
• Закривошка разеточке?
• Кажется тут не хватает еще второй половины, Получилось бы тогда колесико от тележки.
• это металлическая крышка на банку. в деревне такими накрывали молоко, носик, чтоб удобнее наливать было.
• крыжечка от чайника или ковшика?:)))
• Крышка на банку, к примеру для молока. Я прав?

Решил поменять в комнате дверь, все равно ремонт в процессе. Посмотрел что есть на рынке и пришел к выводу, что либо картонное говно за три тыщи, либо так называемый «шпон» за двадцать. Мне важнее, как обычно, не то, какая дверь будет красивая, а то, насколько она будет хорошо шумо- и сквознякоизолировать.

Оказалось что в этом смысле что первая за три, что вторая за двадцать — одинаковое говно. Поэтому я решил заказать дверь из цельного массива сосны и сделать так называемый «наплав» (это когда торец двери выглядит как торец пластикового окна, и на нем + на самом косяке прилепляется резиновый профиль-уплотнитель). Получается дорогая, но хорошая дверь, герметизированная технологически так же, как пластиковое окно. Я выбрал контору с собственным производством, чтобы дверка была миллиметр в миллиметр под мой проем, без воздуха в коробке, и оформил заказ.

Вчера привез им фурнитуру. Тетка, которая принимала у меня заказ, говорит: «Саня, а давай тебе еще табуреточку сделаем, вот такую?», показывая рукой на табуретку в стиле «Пампиду» (Настя Волочкова имела ввиду Помпадур, когда произнесла это слово). И полным восторга голосом добавляет «Ну прикинь, пришли к тебе гости, а ты им ррррраз — и табуреточку!».

Похоже, я каким-то образом создал впечатление человека, в доме которого никогда не слышали о таком чуде, как табуретка, да и вообще не в курсе, что люди умеют сидеть.

Мне чисто для поржать нужен совет, чо положить в сумку, летя на неделю в чужой, холодный и недружелюбный город Москву. Вот что мне уже посоветовали:

— Телефон
— Зарядку для телефона
— Пару футболок
— Джинсы
— Ветровку
— Я бы еще свитер прихватила или кофту. Или кенгуруху.
— Носки, штуки три
— Труселя, пару
— Чем больше тем лучше, вдруг что. Но и сильно много брать тоже не надо.
— Надо! ровно столько на сколько дней едешь. а вдруг понос?!
— Понос в трусы? я верю что Саня не таков.
— Все может случиться! может просто порвуться!
— Ну если порвуться, то воскликнуть «ты в порядке» и проходить один день без трусов.
— Таблетку от дристоса
— Платочки, вдруг сопли + влажные платочки + жидкий спирт такой в маленьких бутылочках (или жидкое мыло). в туалетах вечно нет мыла, а эта жидкость отлично очищает руки от всякой гадости.
— Косметичку, со всякими средствами личной гигиены…
— Таблетки активированного угля.
— Вот нахуя? аптеки в Москве отменили?
— Беру таблетки от головы, это если в самолете прихереет. остальное все можно купить (кстати, в самолете, таблетки есть, вроде, я по крайней мере съел два стандарта активированного угля, в последний раз)
— Там у них говно а не таблетки. в лучшем случае просроченная ношпа.
— Мне помогло, по виду он, уголь, был новый.
— Активированный уголь нужен везде и всегда, может не до аптеки будет!
— Сигарет.
— Гыгы. я еще беру щипчики для ногтей. и бритву.
— Гугл мапс!
— Пластырь
— Телефон Влада (что бы непременно позвонить)
— Саня, здесь пока еще продают «Агдам». А что может быть нужно еще благородному дону?
— Саня. Бери бабло и книжку почитать и плеер, чтобы четыре часа не слушать соседей по самолету. И хватит с тебя.

Что еще нужно? Бабушку? Жабо? Велосипед? Модель Брюса Ли? Накладные усы?

Как известно (в узких кругах, вообще-то; но теперь круги чуток расширятся, да простит меня господь) ЖЖ-юзер pticza-govorun в лучших традициях удалил журнал и произвел еще ряд (странным образом схожих по времени с удалением журнала) манипуляций, о которых я не могу говорить печатным слогом ввиду врожденного уважения к чужим чувствам.

Я быстро поставил в своей собственной человеческой классификации индивидууму диагноз «роза», стер данный неактивный журнал из себя и забыл. Но не тут-то было. Несколько часов назад к нам, в ответ на эту (касающуюся именно данного жж-юзера) запись пришел вот такой комментарий:

когда я узнал о существовании жж, то воспринял его как альтернативное сетевое сми. достаточно свободное (без цензуры), лишенное привычного формата, но сми. содержащее в себе интересные, либо полезные, статьи. сейчас же, наливая чашечку утреннего кофе, закуривая сигару и желая интересно провести ближайшие полчаса, открываю журнал и читаю только о том как киска нассала под диван, что у кого-то там день рождения и давайте его поздравим, что кто-то выбирает часики, стенания великовозрастного дитяти о некомфортности жызни итд. пролистав с десяток журналов наугад, я нашел всё то же — каждый о своем. эта информация интересна только десятку ближних знакомых, и для этого в россии есть специальный ресурс — diary.ru, основная суть которого, собственно, и есть ведение дневника для себя любимого. там очень уместно писать о том как достали на работе равно как и том что не можешь вспомнить куда дел любимые трусы. поэтому если вдруг случится так, что мне вновь безудержно захочется написать о цветочках в горшочках, я, безусловно, воспользуюсь услугами диарии. а продолжать гнать пургу здесь не вижу больше смысла.

дикси, йопта.

Пока я ехал домой и читал этот комент, я хотел ответить «Игорь, ты ебанулся? После этого ты говоришь, что Гриша ведет себя как феерический мудак?! Игорь, а как же твои 90% постов, которые ни что иное, как пиздострадания, интересные только себе любимому? А как же так получилось, Игорь, что за месяц, два и даже за полгода ты не раскусил этого гнусного жж-формата, почему на это потребовалось столько времени? Игорь, почему же твой дневник ничем не напоминал сетевое сми: без цензуры, но не о дне рождения, мечтах уехать из России, и неудовлетвоернности второй половиной?».

Я даже хотел рационально добавить «Игорь, а как же демократия и право каждого вести свой дневник так, как он считает нужным? Зачем попрал эти людские свободы, зачем всех послал в мертвый дайри ты?!». «Зачем же было столько времени гнать пургу здесь, если понятно что это — пурга?». «Зачем такое насилие над собой, Игорь?», хотел вопросить я, утирая слезы.

Однако я зашел домой, уебал еще две стопки коньяку и у меня осталось одно: иди, Игорь, на хуй. Не можешь жить — умри, не еби мозг. Каждый пытается делать то, что хочет. Разница в том, что кто-то берет и делает, а кто-то, удалив журнал, все равно пиздует сюда посмотреть, «плачут ли над гробом».

Плачут, плачут, все нормально. Это закон жизни. Не от сочувствия плачут, конечно, а от того, что на покойника позырить — всегда любопытно, просто плакать положено (ну, формат события такой). Не надо только, с любопытством глядя на незнакомого покойника, пиздеть, что на самом деле тебе всего-то пейзаж вот там, сзади, понравился: елки, белки, вся хуйня.

Это вранье нелепее, чем Гришино равенство между фразой «я не нашел цветка даже вполовину красивого как вы, но, может вы любите кофе, и я смогу угостить вас? Я знаю, он не должен быть красивым, он должен быть вкусным» и словосочетанием «прямота и честность».

Ну и да, поскольку графологическая экспертиза анонимного комментария невозможна, я оговорюсь: данный текст предназначен автору процитированного выше комментария.